Парная терапия при насилии в отношениях может усилить риск
Клинический специалист по домашнему насилию предупреждает, что совместная терапия пары при принуждающем контроле или продолжающемся насилии обычно не рекомендована, поскольку способна усилить дисбаланс власти и повысить риск для пострадавшего. Поводом стал случай лета 2025 года: пара с двумя маленькими детьми и недавно купленным домом обратилась за помощью после криков и двух эпизодов физического насилия. Вывод автора прямолинеен: сначала нужна безопасность, а не инструменты общения.
Почему совместная терапия опасна при дисбалансе власти
Речь идёт о паре, где один из партнёров, Адам, начал пугающе вести себя по отношению к мужу Харрису: громко кричал и дважды применял физическую силу. При звонке специалисту Адам надеялся, что терапия поможет Харрису и остановит его поведение, а на первой встрече спросил про инструменты для коррекции поведения партнёра. Автор отмечает, что такой запрос встречается часто, особенно когда пару связывают дети, жильё, финансы или эмоциональная привязанность. Люди сначала хотят починить нездоровые отношения и лишь потом думают о расставании. Подход с совместной работой возможен, когда оба готовы заниматься собственными трудностями, но при насилии этого условия обычно нет.
Механика риска описана через ссылку на работу Keilholtz and Spencer 2022 года в журнале Practice Innovations: совместная терапия при насилии со стороны партнёра требует особой оценки, поскольку нейтральный формат может закрепить существующее неравенство сил. Терапевт по задаче выслушивает обе стороны и даёт непредвзятую оценку, однако при насилии это легко превращается в разбор ответного поведения пострадавшего вместо разбора самого насилия. Человек, применяющий насилие, нередко умеет управлять впечатлением и вводить в заблуждение даже подготовленных специалистов. В итоге фокус смещается с действий, создающих страх и контроль, на реакции человека, который пытается защититься.
Контекст темы связан с принуждающим контролем, детским опытом ответственности за мир в семье и стрессом от общих обязательств вроде детей и ипотеки. Когда специалист намекает, что пострадавший виноват в реакции на насилие так же, как второй партнёр виноват в самом насилии, пострадавший воспринимает это как профессиональное подтверждение сомнений в себе. Автор подчёркивает, что такие сомнения долго формируются под влиянием партнёра, а попытка создать ровное поле для обоих лишь усиливает позицию контроля. Отдельно упомянута работа Hurless и Cottone 2018 года в издании The Family Journal о рисках совместной терапии пар при насилии. Материал частично взят из книги автора Invisible Bruises о том, как понимание паттернов насилия помогает ориентироваться в правовой системе.
Что с этим делать, если в паре есть страх и контроль
На практике первым шагом автор называет оценку безопасности, а не поиск техник общения для двоих. Если крики вызывают страх, были физические эпизоды, а разговор в кабинете превращается в доказательство неправоты пострадавшего, совместный формат лучше остановить и обсудить индивидуальную помощь. Полезно фиксировать факты отдельно от оценок: что произошло, когда, при детях или без них, что последовало после. В индивидуальной работе легче проверить, есть ли принуждающий контроль, запугивание, слежка за расходами или ограничение контактов. При наличии детей план включает жильё, финансы, уход за детьми и порядок связи, а не обещание быстро наладить диалог.
У этого материала есть чёткие ограничения, и его нельзя читать как запрет на любую помощь парам при конфликтах. Речь идёт только о ситуациях с продолжающимся насилием и дисбалансом власти, а не об обычных ссорах, где оба партнёра чувствуют себя достаточно свободно, чтобы говорить честно. Данные опираются на клинический опыт и обзоры 2022 и 2018 годов, а не на один универсальный эксперимент со всеми парами. Если решение об уходе даётся трудно, автор связывает это не с нерешительностью, а с необходимостью безопасного плана. При угрозе безопасности нужен профильный специалист по домашнему насилию, семейный консультант с подготовкой в этой теме или кризисная линия 800-799-SAFE и сайт thehotline. org.
Ориентиром изменений автор считает снижение страха и возможность говорить без оглядки на реакцию партнёра. Если после пауз, раздельных встреч и плана безопасности разговоры становятся спокойнее, договорённости соблюдаются, а контроль ослабевает в течение недель, направление выбрано верно. Сохранение страха обычно означает, что совместный формат пока не подходит.